У второго брака больше шансов?

Если прав Оскар Уайльд, утверждавший, что брак – основная причина разводов, то почему же партнеры снова ввязываются в эту авантюру? У нас в стране примерно каждый четвертый брак – повторный*. Значит, надежда все-таки побеждает разочарования?

«Независимо от возраста и опыта прошлых отношений, каждая женщина и каждый мужчина нуждаются в том, чтобы быть любимыми, – говорит транзактный аналитик Екатерина Игнатова. – Брак дает надежду на то, что одна из главных наших потребностей будет удовлетворена. Конечно, сложно начинать отношения, опасаясь, что и они могут закончиться провалом. Но те, кто так думает, просто не доходят до загса. Мотивация вступить в повторный брак возникает лишь в тот момент, когда желание оказывается сильнее тревоги». Екатерина Игнатова считает, что чаще других повторно женятся (выходят замуж) либо наивные люди, которые убеждены, что первый союз распался исключительно по вине партнера, либо те, кто сумел сделать выводы из первой неудачи.

«В первый раз я выходила замуж, думая, что это на всю жизнь, – рассказывает 36-летняя Анна. – У нас родилась дочь, которую мой муж просто обожал. Но через пять лет мы расстались. И в этом разводе было много и моей вины. Я была слишком требовательна и не осознавала, что моя принципиальность воспринимается как грубость. Я была небрежна по отношению к своему мужу, не понимала его, злилась и в итоге просто возненавидела. О разрыве я не жалею, но тогда я не понимала, сколько страданий он принесет мне и моей дочери. Думаю, что детям все же лучше, когда их родители вместе».

Шесть лет спустя Анна снова вышла замуж. Этим летом она родила сына и признается: «Теперь я гораздо счастливей, и у меня много причин держаться за свое счастье. Я стала терпимее, снисходительнее, меньше капризничаю. Это не значит, что моя высокая планка в семейных отношениях опустилась. Но я дорожу новой семьей, во многом меняюсь – стала нежней и спокойнее. Мой брак не идеален, и я знаю, что он таким не будет никогда».

Что ж, похоже, вторые браки действительно могут быть счастливее первых, что не раз отмечал основатель психоанализа Зигмунд Фрейд**. В неудаче первого брака он видел след женской «архаической враждебной реакции против мужчины». Действительно, даже в многодетных российских семьях первый брак заканчивается в 86% случаев по инициативе женщин***. В большинстве европейских стран в трех из четырех случаев на развод подают тоже женщины****. В том числе и потому, что у них есть возможность жить так, как они считают правильным: так, главная героиня фильма «Крамер против Крамера» (реж. Р. Бентон, 1979), которую играет Мэрил Стрип, уходит от мужа, чтобы стать собой.

В первом браке женщины нередко чувствуют, что угодили в ловушку. Зигмунд Фрейд говорит о пропасти между ожиданием и реальностью, которая и делает совместную жизнь невыносимой. Он пишет о «первой и такой сильной привязанности, когда первый брак заключается на пике любви», о «неизбежных разочарованиях и накоплении поводов к агрессии», которые разрушают любовь. И делает вывод: «Как правило, вторые браки гораздо прочнее»*****.

Но как удержать неудержимое, как сохранить ясное желание иметь семью, страсть и привязанность, когда отношения двоих неизбежно меняет рождение ребенка? «У меня не получилось, – признается 45-летняя Марина, мать двоих детей. – Я была влюблена в своего первого мужа, но наш брак не выжил. Мы отдалились друг от друга. Однажды я обнаружила, что у Павла вот уже 10 лет есть любовница. Я попыталась простить, а он – бросить ее, но ничего не вышло. Я превратилась в злобную мегеру. И в итоге ушла от него, а он хотел и дальше жить в уютном мирке, где у него есть и домохозяйка с детьми, и любовница, с которой он получает удовольствие, когда есть время и деньги. Мы же не в XIX веке живем, мне совершенно не хотелось жертвовать собой!»

Марина уверенно заявляет: в первом браке главным было рождение детей, а второй она хочет посвятить отношениям с мужем. «После развода я две недели в месяц исполняю роль идеальной матери, – продолжает Марина. – У нас был период раздоров и непонимания, но в конце концов нам с Павлом удалось договориться и мы поделили поровну время, которое дети проводят с каждым из нас. Поначалу я очень сопротивлялась этой идее, но постепенно согласилась с тем, что детям важно общение с отцом. Я не предполагала, что это решение изменит мою жизнь. Я наконец смогла заняться собой. Первый год после развода, оставаясь одна, я просто не знала, что мне делать. Я отсыпалась, читала, училась гулять просто так и даже пару раз сходила в кино. Как-то случайно я встретила старого приятеля.