Хороший текст! Каждое предложение откликнулось в моей душе!
Конечно, прочитав этот текст, многие начнут спорить и возмущаться , что это все с жиру люди бесятся, не знают чего хотят и кого винить. Вот пожили бы во времена потяжелее, так радовались бы жизни. Но, дело же не в том, что для того, чтобы понять счастье нужно познать что-то ужасное. Мне кажется, что автор хочет сказать, и призвать людей менять подход к жизни, не держаться за прошлое. Это уже было и чем бы мы себя не оправдывали живем мы сейчас, а не во временна СССР и не в будущем, а именно сейчас , значит именно это время прекрасно!
Я поддерживаю автора, что хватит ждать особого случая для того, чтобы быть счастливым. В потоке жизни, каждый день можно рассмотреть много моментов, которые вызывают состояние счастья. Главное, не держаться за прошлое и не думать, что вот там было хорошо. Или к примеру , что когда-то будет хорошо. Будет хорошо тогда, когда вы сами этого захотите.
Нас НЕ учили быть счастливыми
Когда я вхожу в дом с покупками, вся такая предвкушающая шуршание обертками, разглядывание и примеривание, Ася тут же выхватывает сумки у меня из рук, все оттуда вываливает, начинает есть, если это еда, и мерить, если это обновка. Я не успела кроссовки снять, а она уже рвет упаковки, жует и валяется на кровати в новых джинсах. Может, даже в моих новых джинсах – мгновенно осваивает свежие поступления, вводит их в оборот.
Я все думала, почему меня раздражает такая стремительность?
Потом решила, что это привет из детства, когда новые вещи в гардеробе детей были редкостью, – как и гастрономические изыски. И хотелось продлить миг знакомства с ними, растянуть и насладиться радостью обладания.
Так, из новогоднего мешочка с конфетами сначала съедались изюминки в сахаре, потом ириски, потом карамельки «Гусиные лапки», «Снежок» и только потом – шоколадные «Белочка» и «Мишка». А кто помнит, как мама хранила в шкафу коробку конфет «к празднику» или баночку майонеза с чуть подржавленной крышечкой – для оливье к Новому году?
Папа моей школьной подруги был хирургом, да еще и высоким голубоглазым блондином с длинными «хирургическими» пальцами. Он читал много книг («папин» кабинет – это где с четырех сторон до потолка полки с книгами), иногда играл на гитаре, ездил по заграницам (тогда это было редкостью), привозил дочке оранжевые пеналы и иногда забирал ее из школы на своей классной машине «Жигули». Больше ни за кем из нас не приезжал папа.
Когда она не сдала первую сессию в меде по причинам неудавшейся на тот момент личной жизни, разборок и всего причитающегося, папа-хирург перестал с ней разговаривать. Как выясняется сейчас – когда нам уже за сорок – перестал навсегда. И сразу же врезал замок в ту заветную дверь в кабинет. Дочке больше не было хода – ни в его комнату, ни в его жизнь. Потому что он в нее, типа, верил, а она его, типа, предала.
Перейдите к следующей странице, нажав ее номер ниже.
- Поделиться в Facebook
