Александр Блок прожил 41 год и умер от того, что перестал слышать музыку…
Загадка о музыке
Слух Блока как поэта был почти абсолютным, его стихи ясны и звенящи, и недаром Владислав Ходасевич однажды сказал: «В русской поэзии есть только Пушкин и Блок, остальное – между». Поэт очень часто говорит о музыке, которую слышит загадочным образом. И даже свое отношение к революции Блок выбрал как будто на слух: «К чему загораживать душевностью пути к духовности? Прекрасное и без того трудно. А дух есть музыка. Демон некогда повелел Сократу слушаться духа музыки. Всем телом, всем сердцем, всем сознанием — слушайте Революцию».
Саму суть жизни Блок видит через загадочные звуковые волны и пишет об этом так: «На бездонных глубинах духа, где человек перестает быть человеком, на глубинах, недоступных для государства и общества, созданных цивилизацией, — катятся звуковые волны, подобные волнам эфира, объемлющим вселенную; там идут ритмические колебания, подобные процессам, образующим горы, ветры, морские течения, растительный и животный мир».
Смерть поэта будут связывать с тем же: после непрестанного музыкального звучания начала революции наступила пугающая тишина – он уже не слышал музыки.
Загадка о дружбе
Дружбу с Александром Блоком, продолжавшуюся 18 лет, Андрей Белый назвал как-то «дружба-вражда». Накал страстей в ней был велик: любовный треугольник, две несостоявшиеся дуэли, множество язвительных публикаций Белого о Блоке… Впрочем, остается ощущение, что Блок каким-то титаническим усилием умел сдерживать страсти и не впускать их в себя, в то время как у Белого и у Любови Дмитриевны они все более раскалялись.
Почему же Александр Блок продолжал отношения с другом, склонявшим его жену покинуть Блока и чуть было не увезшим ее в Италию? И как могла литература занимать настолько отдельное от жизни место? Поэты обещали друг другу, что никакие «третьи лица» не смогут впредь стать между ними. Но Белый вновь скатывался в «припадки боли и полемической злости» и тогда на всю Россию он писал: «Блок — талантливый изобразитель пустоты… Блок… превратился в большого прекрасного поэта гусениц», — а после слал примирительные письма, отказываясь от дуэли. Только в конце этих отношений Блок записал в дневнике: «Хвала Создателю! С лучшими друзьями и покровителями (А.Белый во главе) я внутренне разделался навек. Наконец-то!..» Разделался Блок, но не Белый: тот будет еще долго после его смерти писать светлейшие воспоминания о поэте.
Загадка об отношении к женщине
Любовь Блока и Любови Дмитриевны Менделеевой широко известна и загадочна в одно и то же время. «Прекрасная Дама», «Вечная Женственность», «Таинственная Дева», воплощенный идеал красоты и мудрости — вот на каком пьедестале стояла жена поэта. И все же загадкой остается то, почему Блок признавал лишь эту форму любви к своей жене — возвышенную, чистейшую, бесплотную? И если его выбор таков, то как сочетается он с другими, более «низкими» блоковскими увлечениями женщинами? Видя, как страдает от этого сама Прекрасная Дама, Блок так и не переменил своего отношения. Он оставался далек и холоден, даже когда Андрей Белый объявил, что увозит его жену в Италию, что любит Любу и намерен разбить их семью. «Что ж, я рад…» — только ответил Блок. Этот ответ остался в истории. Что в нем — благородство, безразличие? И все же эти слова охладили и остановили Любу и остались ожогом на совести Андрея Белого.
Перейдите к следующей странице, нажав ее номер ниже.
- Поделиться в Facebook
