В Студии Художественного театра Пилявская встретилась со своим будущим мужем, актером Николаем Дорохиным. Ее отец так и не успел познакомиться с зятем. Узнав о том, что Зося вышла замуж, Станислав Станиславович в один из выходных пришел в гости в новую отдельную квартиру, которую получили молодожены. Дорохин в это время находился на съемках, и знакомство было перенесено на понедельник. Однако в понедельник отец дочери так и не позвонил. Софья Станиславовна рассказывала:
«В конце 1937 года позвонил отец, занимавший ответственный пост в Верховном суде СССР, и весело сообщил, что ему назначена примерка нового костюма — первого после семнадцатого года — и что он просит меня поехать с ним. Договорились, что созвонимся в понедельник. Однако в понедельник звонка от отца не последовало. А во вторник утром от домработницы папиной семьи я узнала, что он арестован. Когда я сообщила о случившемся директору театра Боярскому, он тихонько, почти шепотом, сказал мне: „Все, что я могу для вас сделать, — пишите заявление об уходе по собственному желанию“. И продиктовал мне текст. Я написала и поплелась домой. Одной, в пустой квартире, мне было очень тяжело. Я все ждала, что меня вызовут в администрацию театра для официального сообщения о моем увольнении, но проходили дни, меня вызывали на репетиции, и я участвовала в спектаклях. Как мне потом рассказали, Константин Сергеевич, когда ему сообщили о моих обстоятельствах, отказался визировать мое заявление и порвал его. Очевидно, меня оставили в театре, не желая спорить со Станиславским».
На все попытки узнать о судьбе Станислава Станиславовича его родные получали стандартный ответ: «Десять лет без права переписки». Только многие годы спустя Софья Станиславовна узнала, что отец был расстрелян через два месяца после ареста.
Софья Пилявская в 1934 году
Ее ближайшими подругами в те годы были актрисы Вероника Полонская (последняя любовь Маяковского) и Нина Ольшевская, мать актёра Алексея Баталова. Полонская как-то обмолвилась в одном из своих последних интервью: «Из нас настоящей красавицей была все-таки Зося. Да много ли счастья…»
Действительно, красота Софьи была совершенной. Один из её знакомых в шутку говорил: «Зимой с Зосей еще как-то можно было ходить по улицам, но летом просто невозможно». И при этом её красота не могла принести ей счастья в те годы — такой она была… несоветской. Одного взгляда на Софью было достаточно, чтобы понять — роли ткачих, председателей колхоза и прочих героинь того времени не для нее.
Перейдите к следующей странице, нажав ее номер ниже.
- Поделиться в Facebook
