Как цокал он языком да грыз ус, чертя чертежи свои бесовские, одному ему понятные, да всё щурил карий глаз, решая какой высоты ворот сделать и как пуговицу пускать — в два ряда, али в один.
Как вертел-прилаживал хлястик и всю голову этим чёртовым хлястиком себе изломал и в конце концов плюнул и решил, что без него очень даже лучше.
И как приезжал к нему заказчик, совладелец сети тех магазинов — лысоватый мужик с длинноногой, но уже заметно старой блондинкой, и как рядились они и вертели наброски, и всё спрашивали — а что, без хлястика что ли пальто то?
Это как же так — пальто и без хлястика то? Новая мода что ли, Вольдемар?! И как дизайнер, как Иисус закатывал еврейские глазищи свои под воспалённые веки и мысленно проклинал всё и всех. И как чёртов хлястик вернулся таки на своё законное место, причём самым неприятным способом.
И мрачные вьетнамские женщины, с коричневыми, плохо выделанными лицами проплыли мимо, в грохочущем, полутёмном цеху, где тысячи таких вот польт собирались воедино из кусочков ткани хитрой формы.
И запутавшаяся нить, остановившая на полчаса всё производство, и огромные бумажные тюки, загружаемые в грузовики, и маленькая трёхногая собака, бегущая за грузовиками по размытой дороге.
И защёлкал камерой похмельный фотограф, прося нагероиненных моделей показать ему роковую холодность в осенних тонах, и как они стереотипно застывали в как бы соблазнительно-отчуждённых позах, и как фотограф ругался последними словами и припадал на колено, а модели шипели на него сквозь белые свои губы.
И тридцатилетний девственник-маркетолог, бегающий по коридорам головного офиса со своим исследованием ЦА, и главный бухгалтер, нехотя подписывающий смету на рекламную кампанию, и менеджер по рекламе, арендующий щиты, не в самых плохих местах кстати, два — так и вовсе — на очень козырных перекрёстках стоят.
И как он в субботу, озираясь едет за своим откатом и по суеверной традиции спускает эти «лёгкие деньги» на алкоголь и кое-что похуже.
И директор магазина, не старый ещё, но очень задёрганный жизнью дядя, которого с одной стороны достаёт головной офис, а с другой — истеричка-жена.
И менеджер по персоналу, отбирающий из имеющихся вакансий хоть что-то приличное, и понимающий, что вся его жизнь проходит за созерцанием неудачников.
И модератор сайта, которого вчера оштрафовали за то, что не поставил две новых фотокарточки новых же штанов на витрину, и специально обученный человек. подбирающий приятную на его взгляд музыку, которая мурлычет в торговом зале, и ещё много-много чего, в одну секунду проступившее и моментально разбившееся в дребезги об это прыщавое «НЕТ НЕ МОЖЕМ».
Мы ответно улыбнулись прыщавой девочке и сказав «Понятно. Спасибо. До свидания» отбыли из магазина.
И по дороге домой я всё орал в никуда: х…ня ваш маркетинг! И реклама х…ня! И прочие исследования и выкладки! Аналитика и прогнозирование. Сегментирование и вирусное продвижение.
Всё х…ня. Потому что в финале всегда будет прыщавая, щербатая девочка. И только она будет решать — пойдут у вас продажи, или нет.
Понравилось? Поделись с друзьями!
Источник